Польско-украинские отношения испытывают новую волну обострения. 19 июня президент Республики Польша Кароль Навроцкий объявил о решении лишить президента Украины Владимира Зеленского Ордена Белого Орла, мотивировав это разногласиями по поводу исторической памяти и отношения к Украинской повстанческой армии (УПА).
Это стало ответом на решение Зеленского о присвоении Отдельному центру специальных операций "Север". Сил специальных операций ВСУ почетного наименования в честь Героев УПА.
Новое обострение в отношениях между Украиной и Польшей из-за исторических вопросов выгодно прежде всего России. Почему поляки и украинцы по-разному воспринимают УПА, может ли спор повлиять на поддержку Украины и как к этому относятся харьковчане, - рассказал историк Владислав Яценко, научный сотрудник ИУАД им. М. С. Грушевского, основатель исторического канала в ютубе "IB\HW"
"Для украинцев УПА — это, прежде всего, символ борьбы за независимость"
Почему произошел новый виток конфликта? Неужели причиной могло стать только почетное название спецподразделения?
В действительности дело не только в самом переименовании. Для Польши УПА имеет преимущественно негативный образ. Во-первых, нынешний президент Кароль Навроцкий является историком и некоторое время возглавлял Институт национальной памяти Польши, проводивший соответствующую политику. Во-вторых, критика УПА и негативное отношение к украинскому освободительному движению – один из важных элементов риторики польских правых сил.
Кароль Навроцкий пришел к власти на волне усиления правых настроений, а антиукраинские тенденции в исторических вопросах являются составной частью политики правых партий. Причем значительную роль здесь может играть не только Право и справедливость, но и Конфедерация, которая занимает откровенно антиукраинскую позицию и даже выступает за сближение с Россией.
Следует понимать, что присвоение почетных наименований воинским частям – это сложная процедура. Это не единоличное решение президента. Может быть, инициатива исходила от самой бригады. Я знаю случаи, когда военные подразделения сами выступали с подобными предложениями. Но окончательное решение проходит через ряд согласований, включая утверждение символики, нарукавных знаков и работу специальных комиссий.
Как так получилось, что возможную реакцию Польши не учли, для меня остается непонятным. Люди, которые готовили документы и подавали их на подпись, должны учесть последствия.
Надо понимать, что для украинцев УПА — это, прежде всего, символ борьбы за независимость и сопротивление российскому империализму. Для поляков же УПА ассоциируется, прежде всего, с Волынской трагедией, которую они называют Волынским геноцидом.
Не первый раз исторические вопросы становятся источником напряженности между Украиной и Польшей. Я хорошо помню 2013 год, когда тогдашний министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский призвал польских депутатов осторожничать в вопросах, связанных с Волынской трагедией, чтобы не повредить евроинтеграционным стремлениям Украины.
Он тогда предупреждал, что любой конфликт между Украиной и Польшей будет выгоден в первую очередь Москве. Для украинцев тема УПА имеет одно содержание, а для поляков совсем другое. В Украине, когда говорят об УПА, почти никто не думает о польском факторе. В Польше же эта тема традиционно связывается с событиями на Волыни.
Кроме того, следует помнить, что в польской исторической традиции еще с межвоенного периода существовало представление о двух главных исторических противниках — немцах и украинском. Это тоже накладывает отпечаток на современное восприятие.
Как сильно на исторические споры оказывает влияние внутренняя политика Польши?
Очень сильно. Каждый раз на выборах правые силы активно апеллируют к историческим темам. Мы видим это уже не первый год. Поэтому нынешняя ситуация для нас очень неприятное стечение обстоятельств, ведь она разворачивается в условиях полномасштабной войны.
"Украине нужно отстаивать свою позицию, но делать это взвешенно"
Как Украине следует реагировать на подобные споры?
Украина должна последовательно отстаивать собственное видение истории. Но для этого нужно развивать свою историческую науку и политику памяти.
В то же время, нужно учитывать определенные нюансы. Мы не живем в вакууме. Польша была и остается нашим важным партнером. Следует помнить, что помощь Украине поступала не только от польской власти, но и от самих поляков. Вспомните хотя бы масштабные общественные инициативы по обеспечению украинцев генераторами во время блекаутов.
Исторические конфликты Польша имеет не только с Украиной. К примеру, существуют споры с Литвой по оценке действий Армии Краевой в Виленском крае. То есть подобные дискуссии не являются чем-то уникальным. Другое дело, что сейчас они накладываются на войну, что делает ситуацию особенно чувствительной.
Украине нужно отстаивать свою позицию, но делать это взвешенно. Нужно быть последовательными, но вместе с тем понимать контекст и учитывать реалии. Исторические дискуссии должны решаться, прежде всего, в научной плоскости, а не становиться инструментом политической борьбы.
Навроцкий лишил Зеленского высшей награды Польши – Ордена Белого Орла
Может ли нынешний исторический конфликт между Украиной и Польшей иметь серьезные последствия?
Очевидно, что ничего положительного это не принесет, в том числе для польской стороны. Мы живем в условиях войны, и подобные споры только усложняют ситуацию.
Недавно под письмами Виталия Портникова, который анализировал современные польско-украинские противоречия, появился комментарий Лукаша Адамского, директора Центра диалога имени Юлиуша Мерошевского. Он, выражая свое возмущение, фактически отметил, что существование Польши сегодня не связано с существованием Украины.
Я не думаю, что эта позиция отражает взгляды всей Польши или всех политических сил. Но такие настроения есть. Они существовали и раньше, прямо сейчас их носители стали гораздо громче.
Насколько к этим конфликтам может быть причастна Россия?
Москва точно не будет сидеть в стороне и не будет ждать, чем все завершится. Напротив, она всегда пыталась подливать масла в огонь. Еще с советских времен Россия постоянно пыталась играть то на Волынской теме, то на других исторических вопросах. Для нее использование истории как инструмента раздора является вполне естественной тактикой. Кремль заинтересован в усугублении противоречий. Мы уже видели это не раз. Исторические конфликты между Украиной и Польшей выгодны, прежде всего, Москве.
Я хорошо помню фильм Ежи Гоффмана «Огнем и мечом». В конце фильма режиссер напоминал, что после уничтожения Запорожской Сечи Российская империя ликвидировала Крымское ханство, а затем приняла участие в разделах Речи Посполитой. Фактически речь идет об общем историческом противнике.
Украина и Польша должны действовать вместе. Если каждый будет надеяться, что проблема его не коснется, то последствия могут быть очень серьезными. История уже не раз это демонстрировала. Поэтому нужно действовать осторожно и искать пути понимания.
"Для большинства харьковчан польско-украинские исторические споры далеки от повседневной жизни"
Если говорить о Харькове, могут ли нынешние споры между Украиной и Польшей как-то повлиять на харьковчан?
Не думаю, что это будет иметь серьезное влияние. Мне кажется, что люди и дальше будут рассчитывать на поддержку Польши, и эта поддержка будет поступать. Следует понимать, что это не единственный сложный момент в наших отношениях. Например, новоизбранный президент Польши Кароль Навроцкий пока не посещал Украину и делал заявления о том, что сначала украинский президент должен приехать в Польшу, а также поднимал вопросы исторических споров.
В Харькове молодежь позирует на фоне мурала с изображением полковника УНР, основателя ОУН Евгения Коновальца
А как, по вашему мнению, харьковчане вообще относятся к полякам? Или эта тема для них не актуальна?
Если говорить о моих личных наблюдениях, то я не слышал, чтобы эта тема вызвала какое-то особое обсуждение. Недавно, как преподаватель, я поинтересовался у студентов, знают ли они события Волынской трагедии. В группе было пять человек. Двое слышали об этих событиях, но даже не могли объяснить, что тогда произошло, кроме того, что погибли люди. То есть для большинства харьковчан польско-украинские исторические споры далеки от повседневной жизни. Особенно сейчас, когда польское консульство в Харькове не работает, а разными программами сотрудничества пользуется относительно небольшое количество людей.
Я даже не могу сказать, с чем именно ассоциируется Польша у большинства харьковчан. Но знаю другое: многие из Харькова из-за войны войны уехали в Польшу, многие там обустроились и не вернулись. Я не раз слышал истории о том, что люди нашли работу, адаптировались и решили остаться.
Но это уже не об исторической памяти или политике. Это жизненные истории людей, пытающихся устроить свою жизнь в условиях войны.
То есть в бытовом измерении никакого негатива по отношению к Польше вы не замечаете?
Нет, я этого не слышал. Напротив, могу сказать, что польская культура находится. К примеру, книги Анджея Сапковского и серия «Ведьмак» остаются среди лидеров продаж в книжных магазинах.
Что касается политики, то я даже не уверен, что многие харьковчане смогут сразу назвать имя действующего президента Польши. Поэтому, по моему мнению, для большинства горожан эти вопросы не являются первоочередными.
Что, по-вашему, нужно делать Украине, чтобы избегать подобных конфликтов в будущем?
Прежде всего, развивать собственную гуманитарную науку. У нас как не было сильной полонистики, так фактически нет. Я не знаю ни одного мощного научного центра, который системно занимался бы польскими студиями. А это вызывает беспокойство.
После 2014 года мы вдруг открыли для себя, что Россия совсем не такая, как мы ее представляли. В 2022 году многие были шокированы реакциями своих знакомых и родственников из России. Чтобы подобных неожиданностей не возникало, нужно инвестировать в образование, науку и подготовку специалистов. Нельзя развивать только технические или экономические направления и одновременно пренебрегать гуманитарными науками.
Нужны специалисты по истории Польши, Литвы, Румынии, Венгрии и других соседних государств. Нужно знать, как они видят прошлое, что для них чувствительные темы и как это влияет на современную политику. Если бы у нас существовали мощные научные школы, серьезная полонистика, достаточное количество экспертов, многое можно было бы просчитать заранее. Тогда можно было избежать лишних конфликтов или хотя бы минимизировать их последствия.
Нужно учить и врага, и соседа. Тогда можно будет избегать ситуаций, когда, принимая решение для себя, мы невольно затрагиваем чувствительные вопросы других стран. Многих проблем можно избежать благодаря лучшему пониманию исторического и политического контекста.
До президентства Петра Порошенко Украина почти не отвечала негативные исторические оценки со стороны Польши. Это тоже было ненормально. Мы вообще мало реагировали на подобные процессы, хотя историческая политика давно стала важнейшим инструментом международных отношений. Государство должно отстаивать свой взгляд на историю и реагировать на подобные вещи.
Историческая политика давно стала инструментом международных отношений и ее нельзя игнорировать. Мы слишком долго относились к этому как к второстепенной теме. Но история влияет на политику, а политика – на безопасность государства.
В конфликте между Польшей и Украиной выигрывает москва
"Когда Украина и Польша конфликтуют, от этого выигрывает прежде всего москва"
Но ведь каждое государство имеет право на собственную историческую память.
Конечно. И Украина тоже имеет такое право. Однако следует помнить, что мы живем не в изоляции. Наши решения могут вызвать реакцию соседей, равно как их решения вызывают реакцию в Украине. Поэтому здесь важно совмещать принципиальность с пониманием контекста. Но ни в коем случае не следует отказываться от своей позиции. Речь идет не об отказе от собственного видения истории, а о необходимости вести диалог и стараться не создавать дополнительных поводов для конфликтов.
В конце концов, у нас с Польшей гораздо больше общих интересов, чем противоречий. И главный из них – российская угроза. История уже неоднократно показывала, что когда Украина и Польша действуют отдельно или конфликтуют между собой, от этого выигрывает, прежде всего, москва. Поэтому, несмотря на все сложные вопросы прошлого, нам придется искать пути понимания. Ибо вызовы безопасности, с которыми сталкиваются наши государства, никуда не исчезнут.
Я уверен, что исторические споры не должны разрушать стратегическое партнерство. История будет предметом дискуссий. Но эти дискуссии должны оставаться в научной плоскости и не превращаться в инструмент политического противостояния. В современных условиях это вопрос не только истории, но и общей безопасности.