Александр Михайлович Жолудь1 — один из самых неожиданных харьковских живописцев и графиков, чье становление как художника пришлось на конец 70-х — начало 80-х гг., а расцвет — на начало 90-х и нулевых. Заявив о себе как мастер живописных и графических парафраз классического искусства («древнейшие вещи новы для современных душ» — по слову Боккаччо), в особенности искусства ХVII в., — с его установкой на остроумный замысел (concetto), идею художественного универсализма и тягой к «нарушению границ», — А. Жолудь сумел трансформировать свой художественно-проектный опыт преимущественно в одну, впрочем, вполне традиционную область изобразительного искусства: живопись и графику, подчинив ее задаче создания новой формы художественного синтеза. У него свой особый путь, свои эстетические пристрастия и художественные вкусы, своя школа. Это художник острого интеллектуализма, тонкого чутья пластики и последовательного отбора ее формообразующих, знаковых единиц, создающих необычайно фантазийные, насыщенные яркой содержательностью цвета (доходящей порой до символизма) и гибкой выразительностью образы, характеризующиеся своеобычной стилистикой видения.